Только 31.7% общественных зданий, проверенных в Бишкеке, признаны доступными для людей с инвалидностью. В остальных могут отсутствовать лифты и специальные туалеты, дверные проемы могут оказаться слишком узкими, а пандусы — непригодными для использования.

Эксперты считают, что проблема в том, как в Кыргызстане исполняют вполне полезные законы. Это показал независимый аудит, результаты которого общественный фонд «Oasis» представил 28 октября на круглом столе «Доступная страна 2023–2030: от обязательств к реальной доступности» в Бишкеке.

«Когда я посещаю какое-то учреждение, чувствую себя неуютно. Почему я, гражданин Кыргызстана, должен чувствовать себя неполноценным в своем городе, в своей стране?» — говорит гражданский активист и пользователь коляски Аскар Турдугулов.

Для него поход в общественное здание может обернуться необходимостью просить о помощи там, где другие люди просто входят в дверь и идут по своим делам.

«Все глазеют, потому что здоровое отношение к нам не сформировалось еще, лифта часто нет, некоторые пандусы, видимо, делались для акробатов, а не для нас. Можно многое перечислять. Почему мы отказались от формулировки «люди с ограниченными возможностями»? Потому что ограничивают не возможности, а среда. Очень и очень многие из нас могли бы быть абсолютно самостоятельными, не просить никакой помощи, развиваться, но низкая доступность среды делает нас беспомощными», — объясняет он.

Это не только вопрос удобства. От доступности входа, наличия лифта и туалета зависит, сможет ли человек самостоятельно получить государственную услугу, посетить магазин, учиться или участвовать в общественной жизни.

Награждение, на которое не попали победители

Для директора общественного фонда «Oasis» Айжан Алымбай кызы проблема доступности стала личной историей.

«В 2020 году, во время COVID-19, мы провели онлайн-чемпионаты по шахматам для детей с инвалидностью, но награждение нужно было сделать офлайн, и дважды. Одно из них проходило в здании Кыргызской шахматной академии, на втором этаже. Все участники приехали, но никаких условий не было: пользователи колясок не смогли попасть в зал, где мы должны были их наградить. Я увидела своими глазами, какие неудобства мы создали тем, что пригласили всех в неподходящее здание. С тех пор у меня и возникла мысль, что мы можем сделать, чтобы улучшить людей, которым нужны определенные условия».

Такие ситуации показывают, почему доступность нельзя оценивать только по наличию пандуса у входа. Даже если человек смог попасть в здание, ему необходимо добраться до нужного помещения, воспользоваться лифтом, если оно находится на другом этаже, и при необходимости посетить туалет.

«Когда проверяют здания, чаще всего смотрят только фасад — есть ли там пандус. А можно ли им пользоваться, какой угол наклона, есть ли поручни, не скользкий ли он, не смотрят. Надо смотреть, что внутри, есть ли лифт, кнопка вызова помощи, туалет, которым может воспользоваться человек в коляске — это же жизненно важно», — говорит консультант по исследованиям и перенаправлению фонда «Oasis» Машхура Синавбарова.

Именно такой подход использовали исследователи Oasis Data Lab. Они оценивали не отдельные элементы сами по себе, а условия, от которых зависит возможность пользоваться общественным зданием.

Аудит 350 зданий

Аудит охватил 350 общественных зданий в четырех районах Бишкека. Для каждого объекта зафиксировали GPS-координаты. Исследование дополнили более чем 30 глубинными интервью с людьми с инвалидностью.

Проверка включала пять параметров: пандус, входную дверь, лифт или подъемник, доступный санузел и кнопку вызова помощи.

Средний индекс доступности составил 2.19 балла из 5. Исследователи оценили его как низкий. Доступными признаны 31.7% проверенных объектов.

Остальные показатели объясняют, с какими препятствиями могут столкнуться посетители:

• 97.3% зданий полностью лишены работающей кнопки вызова помощи.
• 72% объектов не имеют доступного туалета для маломобильных людей.
• 67.7% многоэтажных зданий не оборудованы лифтом или подъемником.
• 60.3% зданий имеют критические проблемы с пандусами: они отсутствуют либо непригодны для использования.
• 48.6% объектов имеют узкие дверные проемы.

Проблема не ограничивается отсутствием необходимых конструкций. Даже установленный пандус может оказаться бесполезным, если он слишком крутой, узкий или скользкий.

В ходе аудита в 24 случаях выявили чрезмерный уклон пандусов — более 1:12. В восьми случаях отсутствовали поручни с обеих сторон, в шести марши были слишком узкими. Еще в пяти случаях поверхности оказались скользкими, в пяти — пандусы были неудобно расположены, а четыре конструкции требовали ремонта.

Хуже всего, согласно исследованию, доступность обеспечена в государственных учреждениях и магазинах. Средний индекс доступности государственных учреждений составил всего 1.49 балла из 5.

Это особенно важно для людей, которым необходимо регулярно обращаться в государственные органы. Возможность самостоятельно войти в здание и добраться до нужного кабинета должна быть обычным условием получения услуги, а не исключением.

К слову, представители Минстроя вообще не пришли на встречу. По словам организаторов, в ведомстве заявили, что эта тема их не касается.

Невидимые улицы, неприступные школы

Проблемы не заканчиваются у дверей зданий. Самостоятельное передвижение по городу требует инфраструктуры, которая помогает ориентироваться на улицах и безопасно выбирать маршрут.

Гражданский активист Рамазан Токтоноев обращает внимание на отсутствие тактильных плит — специальных рельефных элементов на тротуарах, которые помогают незрячим людям ориентироваться в городе.

«Вы знали о том, что в мире давно придумано, как помочь незрячим людям передвигаться по городу самостоятельно? Разработаны тактильные плиты, их устанавливают на тротуарах во многих городах мира, на них нанесен специальный рельеф, который помогает незрячему человеку «читать» дорогу. Даже в Алматы такие уже есть, а у нас их нет».

Такие элементы — часть доступной городской среды. Они позволяют человеку ориентироваться без постоянной помощи окружающих. Но для этого тактильные указатели должны быть предусмотрены при обустройстве улиц и тротуаров, а не появляться случайно на отдельных участках.

Другой важный вопрос — школы. Если ребенок передвигается на коляске, отсутствие подходящего входа, лифта или доступного туалета может помешать ему учиться в обычном учебном заведении.

Гражданский активист Бекболсун Алымбаев предлагает проверить ситуацию на практике: «Образование — главный двигатель прогресса и развития государства. Зайдите в любую рандомную школу и скажите мне, есть ли у детей на колясках возможность там передвигаться?»

Доступность школы означает не просто возможность попасть внутрь. Ребенок должен иметь возможность передвигаться по зданию и пользоваться необходимыми помещениями. Если этого нет, физические барьеры ограничивают доступ к образованию еще до начала уроков.

Законы есть, но требования часто остаются на бумаге

В Кыргызстане уже существует правовая база для обеспечения доступной среды. Статья 9 Конвенции ООН о правах лиц с инвалидностью закрепляет доступность как самостоятельное право. Статья 44 Конституции КР гарантирует социальную защиту и интеграцию людей с инвалидностью без дискриминации.

Действуют также Закон КР «О правах и гарантиях лиц с инвалидностью», Закон «Об архитектурной и строительной деятельности», строительные нормы СН КР 35-01:2018 и государственная программа «Доступная страна» на 2023–2030 годы.

Однако наличие нормативных требований не гарантирует их исполнения на практике.

Исследователи выделили восемь системных проблем: несогласованность нормативных актов, нехватку качественных данных, недостаточный контроль, неэффективные механизмы ответственности, отсутствие четких правил адаптации старых зданий, формальный подход к проверкам, ограниченное применение универсального дизайна и слабое участие организаций людей с инвалидностью в мониторинге и принятии решений.

Один из главных недостатков — подмена реальной доступности формальным соответствием требованиям. Если у здания есть пандус, его могут считать приспособленным для маломобильных людей, хотя уклон конструкции не позволяет безопасно пользоваться ею. Аналогично наличие кнопки вызова не помогает, если она не работает.

Отдельная проблема — отсутствие специальных санкций за нарушения требований доступности в Кодексе КР о правонарушениях. По выводам исследования, без действенных механизмов ответственности закон не обеспечивает достаточного превентивного эффекта.

Наконец, необходимо решить вопрос с уже существующими зданиями. При проектировании новых объектов требования доступности можно предусмотреть заранее. Для старых зданий нужны отдельные правила адаптации, сроки выполнения работ и источники финансирования.

Что предлагают изменить

Участники сформировали рекомендации для государственных органов, мэрии Бишкека, гражданского общества и международных организаций.

Государственным органам предлагают ввести специальные санкции за ввод в эксплуатацию недоступных зданий и демонтаж элементов доступности. Также рекомендуется расширить полномочия Госстроя в вопросах контроля, создать межведомственную систему мониторинга с обязательным участием организаций людей с инвалидностью и принять нормативный акт об адаптации существующих зданий.

Для государственных учреждений предлагается установить приоритетные и ускоренные сроки устранения барьеров. Их средний индекс доступности — 1.49 балла из 5 — оказался самым низким среди указанных в исследовании показателей по типам объектов.

Еще одна рекомендация — создать целевой фонд или грантовую программу для адаптации муниципальных зданий и сформировать общедоступный расширенный реестр доступности объектов.

Мэрии Бишкека предлагают разработать муниципальный план адаптации городской инфраструктуры. В первую очередь внимание рекомендуют уделить Октябрьскому району, где средний индекс доступности составил 1.97 балла из 5, а также государственным учреждениям и школам.

Для устранения проблем с входами необходимы целевая программа установки функциональных пандусов и оснащение приоритетных объектов работающими кнопками вызова помощи. Кроме того, соблюдение стандартов доступности предлагается сделать обязательным условием при выдаче разрешений на капитальный ремонт, перепрофилирование и аренду городской недвижимости.

Организациям гражданского общества и активистам с инвалидностью рекомендуют использовать результаты аудита и геоданные для работы с Жогорку Кенешем, Генеральной прокуратурой и институтом Омбудсмена. Среди предложений также закрепление права профильных организаций участвовать в официальном мониторинге и приемке зданий. Повторный аудит предлагается провести через 12–18 месяцев.

Международным организациям и донорам рекомендуют включать доступность городской среды в программы технической помощи, поддерживать создание национальной системы аудита и распространение методологии Oasis Data Lab на другие города Кыргызстана и Центральной Азии. Еще одно предложение — учитывать показатели доступности при заключении грантовых соглашений с государственными органами.

Чтобы ситуация изменилась, недостаточно отчитаться об установленных пандусах. Необходимо проверять, работают ли они по назначению, устранять выявленные нарушения и привлекать людей с инвалидностью к оценке городской среды. Именно это позволит перейти от формального исполнения требований к доступности, которая существует не в отчетах, а в повседневной жизни.