Пересмотр ряда уголовных дел, который в Кыргызстане все чаще называют «оттепелью», в ГКНБ объясняют не политической сменой курса, а возвращением к строгому соблюдению закона. Об этом председатель ГКНБ Жумгалбек Шабданбеков сказал в интервью телеканалу «Номад ТВ».

По его словам, ГКНБ не должен быть инструментом давления и не должен работать на создание удобного публичного образа. Главный критерий для ведомства — законность решений, а не медийный эффект.

«ГКНБ не должен работать на формирование какого-либо образа, а должен выполнять свои задачи и функции, направленные на обеспечение национальной безопасности», — сказал Шабданбеков.

Он отметил, что отношение общества к спецслужбе не может быть однозначным. Одни действия вызывают поддержку, другие — критику, особенно если затрагиваются интересы конкретных людей. При этом, как подчеркнул глава ГКНБ, внутри ведомства видят общественный запрос на прозрачность, справедливость и законность.

«Наша задача — не погоня за медийными рейтингами или искусственным имиджем, а обеспечение реальной национальной безопасности», — заявил он.

Отдельный акцент в интервью был сделан на том, что происходит после смены руководства ГКНБ. Жумгалбек Шабданбеков дал понять, что речь идет не о развороте системы, а о ее перенастройке: усилении внутренней дисциплины, оптимизации структуры и переходе от ручного управления к более жестким институциональным механизмам.

«ГКНБ — это не персональный орган, созданный под конкретную личность, а государственный институт, который работает на основе закона и задач, поставленных государством», — сказал председатель комитета.

При этом он признал, что в системе были злоупотребления. Но, по его версии, это не было государственной политикой или официальной линией самого ГКНБ. Такие эпизоды он назвал действиями конкретных должностных лиц, которые шли вразрез с интересами государства.

«Мы не скрываем, а наоборот заинтересованы в выявлении фактов злоупотреблений, которые имели место», — подчеркнул Шабданбеков.

Он прямо перечислил причины, которые, по его оценке, сделали такие нарушения возможными: широкий объем полномочий при слабом внутреннем контроле и человеческий фактор. На этом фоне глава ГКНБ пообещал продолжение внутренней очистки независимо от должностей и званий.

«Процесс очищения рядов ГКНБ будет продолжаться независимо от занимаемой должности, погонов и званий», — сказал он.

Центральной темой интервью стала именно «оттепель» — пересмотр дел активистов, журналистов и других фигурантов резонансных процессов. По его словам, это не политическая уступка, а следствие правового аудита и работы по исправлению процессуальных ошибок.

«Пересмотр ряда уголовных дел — это результат правового аудита и курса на строгое соблюдение законности», — заявил глава спецслужбы.

Глава ГКНБ отдельно подчеркнул, что сам термин «политические преследования» не должен применяться к деятельности комитета. По его словам, у спецслужбы другие задачи: борьба с угрозами безопасности, защита конституционного строя и противодействие преступности.

«ГКНБ не должен являться инструментом политического преследования, — сказал Шабданбеков. — Если говорить прямо, мы заинтересованы не в количестве дел, а в их юридической безупречности. И любые изменения, которые сегодня воспринимаются как «оттепель» — это, по сути, возврат к строгому соблюдению закона и процедур».

Еще один чувствительный блок интервью касался жалоб граждан на действия сотрудников ГКНБ. По словам Жумгалбека Шабданбекова, рост обращений сам по себе не доказывает рост нарушений и что часть жалоб может использоваться как инструмент давления на следствие.

«Сотрудник ГКНБ не может быть признан виновным исключительно на основании чьих-либо заявлений, — сказал он. — Если судебные органы докажут факт превышения полномочий — сотрудник ответит по всей строгости закона. Поэтому важно не допустить, чтобы институт жалоб превращался в инструмент необоснованной дискредитации личного состава, добросовестно выполняющего свой долг».

Отдельно Шабданбеков затронул вопрос незаконных приказов внутри ведомства. По его словам, архитектура управления в ГКНБ выстроена так, чтобы исключать подобные ситуации, а командиры несут персональную ответственность за свои решения. Но даже в исключительных случаях, добавил он, у сотрудников есть правовые механизмы защиты.