Власти ОАЭ приняли решение покинуть ОПЕК и ОПЕК+ с 1 мая, сделав это заявление буквально за пару дней до очередной министерской встречи участников альянса, назначенной на 3 мая.

Своим решением Абу-Даби фактически обнулил обязательства по квотам прямо перед обсуждением новых ограничений, выбрав путь самостоятельного управления добычей в обход общих договоренностей. Это событие стало одним из самых значимых потрясений для мирового энергетического рынка за последние десятилетия.

Война в заливе

События разворачиваются на фоне крайне напряженной геополитической обстановки: война США и Израиля против Ирана фактически парализовала нормальное судоходство через Ормузский пролив. Через эту транспортную артерию ранее проходила пятая часть мировых поставок нефти, и сейчас экспортеры Персидского залива испытывают колоссальные трудности с вывозом сырья. Именно фактор военного конфликта и кризис в проливе удерживают цены на уровне выше $90 за баррель.

Министр энергетики ОАЭ Сухаил Мохамед аль-Мазруи в комментарии агентству Reuters отметил, что Абу-Даби не консультировался по данному вопросу ни с Саудовской Аравией, ни с любым другим участником картеля.

Сохранится ли ОПЕК?

После ухода Эмиратов в составе ОПЕК, созданной еще в 1960 году, остается 11 крупных производителей нефти: Саудовская Аравия, Иран, Ирак, Кувейт, Венесуэла, Ливия, Алжир, Нигерия, Габон, Республика Конго и Экваториальная Гвинея.

Более широкое объединение ОПЕК+ появилось в конце 2016 года как ответ на обвал нефтяных котировок. Помимо основного состава картеля, в него вошли Россия, Казахстан, Азербайджан, Оман, Бахрейн, Малайзия, Мексика, Бруней, Судан и Южный Судан. Эта группа из двух десятков стран совместно регулирует мировую добычу: например, во время ценовых кризисов 2016 и 2020 годов участники резко сокращали производство, а в последние два года, напротив, планомерно его наращивали.

История организации знает немало случаев выхода участников. Габон покидал ОПЕК в 1995 году, не желая платить высокие членские взносы, но через 21 год вернулся. Эквадор уходил в 1992 году из-за споров по квотам и деньгам, однако в 2007-м восстановил членство. Индонезия в 2009 году вышла из картеля, так как перестала быть экспортером, ненадолго вернулась в 2016-м и в том же году снова приостановила участие, отказавшись сокращать добычу.

В последние годы ряды организации поредели за счет Катара, который в 2019 году решил сделать ставку на газ, и Анголы, покинувшей объединение в декабре 2023 года после конфликта из-за снижения ее добывающих лимитов. Алексей Громов, возглавляющий энергетическое направление в российском «Институте энергетики и финансов», в интервью forbes.ru напомнил: прошлый опыт показывает, что выход отдельных участников ранее не становился причиной распада всего нефтяного альянса. Но есть, как говорится, нюанс.

«В текущих условиях блокировки Ормузского пролива стратегическая значимость ОПЕК+ по большому счету, если мы будем честными, сведена к нулю, — говорит он. — Ряд стран, которые нарушали добровольные ограничения ОПЕК+, были недовольны его политикой, не только ОАЭ. Среди таких был и Казахстан, на который давят иностранные инвесторы, и Ирак. Мне кажется, что выход такой крупной страны как ОАЭ, которые добывали 3.5 млн б/с нефти, может стать тем камнем, который способен обрушить как минимум ОПЕК+, но также и ОПЕК, если блокировка Ормузского пролива и проблемы на рынке нефти будут сохраняться как минимум в течение ближайшего месяца».

Кроме того, уход ОАЭ из-под контроля ОПЕК стал логичным завершением многолетнего противостояния внутри организации. Эмираты планомерно инвестировали в расширение своих добывающих мощностей, стремясь довести их до 5 млн б/с к концу 2027 года. Жесткие квоты ОПЕК+, за которые выступала Саудовская Аравия, мешали ОАЭ реализовать этот потенциал и окупать сделанные вложения. Теперь, освободившись от обязательств, страна может вступить в полноценную борьбу за долю рынка, которая становится все более тесной из-за роста добычи в странах вне ОПЕК+, таких как Бразилия, Аргентина и Венесуэла.

Что будет дальше?

Эксперт по энергетике Кирилл Родионов в программе «Дневной формат» на казахстанском телеканале Atameken Business высказал прогноз, согласно которому после завершения острой фазы иранского конфликта рынок ждет резкое снижение цен — вплоть до $60 за баррель марки Brent уже в 2027 году.

Эксперт обращает внимание на то, что ситуацию осложняют и глобальные структурные сдвиги: спрос на нефть в мире начинает замедляться из-за стремительного развития электротранспорта и торговых войн, которые ограничивают экспорт китайских электромобилей на западные рынки и вынуждают Китай переориентироваться на развивающиеся страны. Кроме того, на горизонте маячит возможная отмена эмбарго в отношении Ирана после завершения конфликта, что добавит на рынок новые объемы нефти и усилит конкуренцию.

Как пишет bbc.com, выход ОАЭ можно считать политической победой Дональда Трампа, который всегда критиковал ОПЕК за искусственное завышение цен.

Ситуация станет серьезным ударом по позициям нефтеэкспортных союзов и их негласному лидеру — Саудовской Аравии, пишет dw.com. Этот шаг кардинально меняет ситуацию внутри ОПЕК, поскольку Эмираты, наряду с королевством, были одними из немногих участников, обладающих внушительными резервными мощностями.

Именно наличие такого ресурса служило для организации основным инструментом влияния на мировые энергетические рынки. Появится ли новый альянс в моменте крайнего ослабления ОПЕК?

Кирилл Родионов уверен, что новых альянсов не возникнет: «Пока что все идет к усилению конкуренции на инвестиционном рынке, где каждый, по сути, будет сам за себя. Другое дело, что, скорее всего, как бы те структурные сдвиги на инвестиционном рынке, которые происходили в последние годы, они будут более выражены».