Как сегодня живут кыргызстанцы в Украине? Интервью с лидером кыргызской диаспоры Азаматом Исмаиловым

Как сегодня живут кыргызстанцы в Украине? Интервью с лидером кыргызской диаспоры Азаматом Исмаиловым

24 февраля 2022 года жизнь полутора тысяч кыргызстанцев в Украине, как и миллионов других людей, разделилась на «до» и «после». Война внесла свои коррективы в их повседневную жизнь, но, несмотря на трудности, немало кыргызстанцев остаются в стране. Почему они остаются жить в Украине, несмотря на конфликт? С какими проблемами сталкиваются кыргызстанцы и есть ли среди них пресловутый «нацизм и фашизм» или языковая дискриминация?

Об этих и других аспектах жизни кыргызстанцев, а также о работе диаспоры в эксклюзивном интервью Economist.kg рассказал глава кыргызстанской диаспоры в Украине Азамат Исмаилов, который живет в Украине уже 17 лет и является лидером кыргызской общины.

– Почти сразу после переезда вы стали организовывать кыргызскую диаспору. Сколько на тот момент было кыргызов в Украине и как их количество изменилось? 

– Когда я приехал сюда в 2006 году, здесь были кыргызы, я познакомился с ними, поднял вопрос о диаспоре: почему мы не организуемся? Оказалось, что за год до меня кыргызы уже пытались создать диаспору, но она не функционировала. Я предложил активизировать работу, и мы провели собрание, на котором меня выбрали главой диаспоры.

С этого момента я начал вкладывать деньги в развитие диаспоры. Мы арендовали офис в центре города и пригласили из Кыргызстана человека, который бы полностью занимался именно диаспорой. Мы стали активно проводить различные мероприятия: собирались на праздники, устраивали пикники, на Новый год ходили по домам к детям и раздавали подарки.

В мусульманские праздники, например, в Курман Айт, мы собирали деньги, резали корову и раздавали мясо нашим соотечественникам. Мы старались организовывать как можно больше дружеских мероприятий.

Если приезжали студенты мы помогали им, давали им стипендии и всегда были в курсе дел друг друга. Мы налаживали связи между нашими посольствами, чтобы тесно работать и дружить.

Я возглавлял диаспору пять лет. В то время количество кыргызов в Украине было около 1.5 тысячи человек. После чего я передал руководство другому человеку.

За первые пять лет я создал определенную систему работы, которой потом следовали мои преемники. Я специально обучал их этому делу.

Диаспора существует до сих пор, но сейчас она работает не так активно. Однако, если кто-то из Кыргызстана приезжает в Украину, есть люди, которые отвечают за диаспору и стараются помочь. Я сам тоже стараюсь помогать, когда ко мне обращаются. Благодаря диаспоре кыргызстанцы, приезжающие в Украину, знают, к кому можно обратиться за помощью.

– Кыргызская диаспора – как ее описать? Это место встречи, это просто определенное количество людей, которые время от времени встречаются вместе?

– Кыргызская диаспора – это, прежде всего, помощь друг другу.

Диаспора – это когда ты приезжаешь в чужую страну, находишь своих земляков и свою общину. В диаспоре ты сохраняешь свою культуру, можешь рассказать о проблемах и обсудить их. Диаспора – это также лоббирование, и это место, где ты представляешь свою общину перед государством.

Диаспора иногда решает вопросы, которые не могут решить наши посольства. Она открывает перед тобой много возможностей.

Поэтому диаспора может охватывать многие функции. Это не только помощь, но и дружба, место встречи, где можно сохранить свою культуру, традиции. Зависит от того, как эта диаспора функционирует.

– Сколько кыргызстанцев было в Украине на момент начала войны, как проходила их эвакуация и что с ними теперь, они полностью переехали или есть вернувшиеся?

– Во-первых, никто не ожидал, что будет война. Слухи ходили, но я лично сам не верил, многие люди тоже не верили.

24 февраля неожиданно рано утром, в 4 часа, меня разбудили дома и сказали, что война началась. Я просто был в шоке. Это была такая новость, которую я не ожидал. Смотришь в окно, а люди в панике собирают чемоданы, машины выезжают из города.

Члены диаспоры начали звонить, спрашивали, что делать. Некоторые уже выезжали из страны. До этого мы с посольством уже проводили собрания, где я предлагал разработать план эвакуации на случай непредвиденных обстоятельств. Но нас заверяли, что все будет хорошо.

Тем не менее, это произошло. Мы думали, что это временно. В первый день у людей началась паника. Наши кыргызы тоже были в панике, ведь все случилось так неожиданно. Мы снова связались с посольством и решили организовать эвакуационные автобусы для тех, кто хочет покинуть страну.

Первый автобус был отправлен совместно с посольством через четыре дня. В нем было очень много людей, всем не хватало мест. Некоторые даже стоя ехали. На второй автобус желающих было уже меньше. 

Двумя автобусами мы вывезли всех желающих. Те, у кого были свои машины, выезжали самостоятельно. Посольство предоставляло им письма, необходимые для беспрепятственного выезда.

В первые недели около 90% наших земляков покинули страну и выехали в Польшу, Венгрию. Оттуда некоторые улетали дальше. 

Те, кто выехал в Европу, в основном там и живут. Некоторые уехали в Америку, a кто-то уже вернулся обратно.

– До войны диаспора насчитывала 1.5 тысячи человек. Она сократилась только из-за войны? 

– Верно, из-за войны.

– С началом войны многие уехали в Европу, США, а много ли тех, кто вернулся в Украину? 

– Нет, на сегодняшний день вернулись около 20 человек. Они здесь продолжают работать, зарабатывают деньги, и они счастливы здесь находиться. Мы периодически с ними тоже стараемся собраться хотя бы на ужин, чтобы узнать, все ли у них хорошо.

– Прямой вопрос о нацизме, фашизме и прочем в Украине: кыргызстанцы сталкивались с проявлениями неонацизма или фашизма в Украине?

– Нет. За 17-18 лет я ни разу не сталкивался с такими случаями в Украине. Наоборот, народ Украины очень творческий и дружелюбный. Украинцы всегда стараются помочь, и к иностранцам они относятся с уважением.

За 18 лет своей жизни, в том числе и в период, когда я возглавлял диаспору, не было ни одного случая, чтобы кого-то притесняли, били или унижали. Такого просто не было. Это что-то придуманное.

Конечно, по всех странах, и у нас тоже, есть люди, которые настроены не патриотически, а националистически. Просто это, наверное, раздули, показали и использовали как повод. А на самом деле 99% населения Украины дружелюбны, они не притесняют иностранцев. Наоборот, они стараются помочь. Это открытая страна.

– Кыргызстанцы в Украине являются русскоговорящими, у них возникают проблемы на почве русского языка? 

– Нет, сейчас, когда видят, что ты не украинец, к этому относятся с пониманием. Но до войны здесь, по сути, все общались на русском языке. Я не сталкивался, чтобы кто-то принципиально разговаривал со мной только на украинском.

Это после 24 февраля люди потихоньку начали переходить на украинский язык. Даже те, кто вообще не знал украинского языка, начали его изучать. Как мне кажется, эта война, наоборот, разбудила этот переход. Это то, чего раньше не было.

– Какую помощь оказывают представители нашей диаспоры украинцам?

– Когда война началась, уже были индивидуальные предприниматели, которые отправляли помощь. Но я вместе с бизнесменами, находившимися здесь, поднял инициативу сделать помощь от наших бизнесменов.

Мы собрали около $15 тысяч от бизнесменов из КР, живущих в Украине, и передали эту помощь посольству Украины в Кыргызстане, чтобы они от нас передали, и мы как-то оказали помощь Украине.

Кроме того, мы стараемся помогать в информационном плане. Находясь здесь, мы видим реальную картину происходящего.

Ведь есть некоторые СМИ, которые преподносят информацию по-другому. Мы всегда рассказываем, чтобы люди посмотрели на другую сторону тоже, что на самом деле здесь все не так. Это тоже немаловажно. Поэтому в первые дни войны, и потом, когда к нам обращались из Кыргызстана, я давал много интервью, чтобы люди не смотрели на события однобоко, а могли увидеть и другую сторону.

– Каково это – жить в стране, где идет война? К этому привыкаешь? 

– К этому тяжело привыкнуть. Никто не скажет: «Я к этому привык». Но жизнь все равно продолжается, хоть война и затянулась. Никто ожидал, что война надолго, уже два года прошло.

Все-таки людям хочется жить, работать. У нас здесь есть определенный режим. В первые дни войны мой бизнес практически остановился: все урезалось, замерло.

Первые два-три месяца практически ничего не было. Я стеснялся звонить своим партнерам и просить вернуть долги, потому что в стране война. В тот момент мы просто сидели в ожидании.

Но после трех месяцев войны жизнь все же продолжилась. Люди начали шевелиться, мои партнеры начали звонить мне, договариваться о поставках товара. И все снова начало работать. Я даже могу сказать, что в период войны мы поработали лучше, чем до нее.

– А до войны много кыргызстанцев ехали в Украину? И почему они выбирали эту страну? 

– До войны ехали, и было интересно очень многим. Потому что здесь развивалась страна, и многие хотели сюда приехать. В плане бизнеса – до войны здесь очень много наших передовых компаний хотели инвестировать деньги.

– Из каких сфер бизнеса? 

– Из строительной сферы, например, мы помогали компании «Авангард стиль» по бизнес-вопросам. В гостиничной сфере был интерес, и в Украину приезжали хозяева «Жанната». Они здесь жили и хотели инвестировать. И до сих пор они отслеживают ситуацию и заинтересованы в этой стране, потому что, придя сюда, они увидели потенциал.

Предприниматели хотели не только бизнесом заниматься, но и просто по сфере проживания интересовались вопросами, по другим направлениям. У нас даже были девушки, которые здесь работали архитекторами-дизайнерами. Они просто подали документы, их приняли на работу, создали хорошие условия, и они приехали работать. И вот такие возможности открывались. Но, к сожалению, началась война, и это все закрылось. Наша диаспора увеличивалась до войны, но конфликт внес свои коррективы.

– В каких сферах работают кыргызстанцы в Украине? 

– Кыргызы в Украине – это торговцы, бизнесмены, есть работники банковской сферы и международных организаций (ОБСЕ, Красный Крест). Есть те, кто занимается реставрацией одежды и торгует на рынках, имея свои точки. Это и есть наши кыргызы. До войны были и студенты.

– Кыргызстанцы в Украине имеют проблемы с легальным пребыванием, или у всех все в порядке с документами?

– Нет, были такие моменты. Мы с диаспорой боролись с этим. Мы агитировали, чтобы все кыргызстанцы, находящиеся здесь, пребывали в стране официально. Мы помогали как могли.

Были и такие моменты: приезжали, нарушали правила, находились больше положенного срока, и их депортировали.

– Можете рассказать об известных людях в Украине из Кыргызстана или примеры успешной деятельности кыргызстанцев.

– Из Кыргызстана мы знаем Кличко, который стал мэром Киева. Он родился в КР. И когда мы с нашим посольством встречаемся с ним, он всегда об этом вспоминает. Здесь действительно много бизнесменов, которые если не сами, то по линии родителей родом из Кыргызстана. Есть известные, добившиеся больших успехов, бизнесмены, чьи родители жили в Кыргызстане.

– Многие ли в Украине знают о Кыргызстане?

– О Кыргызстане знают до определенного возраста, а молодежь – мало. Когда мы проводили мероприятия в честь Айтматова среди молодежи, организовывали разные конкурсы, то многие не имели представления о нем.

Поэтому посольство и диаспора проводят культурную дипломатию, чтобы о нас узнавали. Мы делаем все возможное. Но родившиеся после распада Советского Союза, в основном, не знают о КР. Больше знают люди, которым за 30 лет. Но для этого есть посольство, которое старается сделать так, чтобы нас узнавали. Если страна будет развиваться, ею будут интересоваться чаще.

– Какая репутация у кыргызстанцев в Украине, Польше, Германии? Можно ли ее назвать хорошей или плохой?

– Вы знаете, плохую репутацию всегда можно найти, если ее искать. Что мы подразумеваем? Убийство человека или другое тяжкое преступление? На такие темы больше отвечает наше посольство. 

Есть те, кто приезжает нелегально. Это тоже негатив, конечно, это плохой поступок.

Но в глобальном плане, чтобы было что-то масштабное, такого нет. Есть единичные случаи, когда человек по неосторожности сделал кому-то плохое, кого-то там сбил. Такие случаи были в Польше. Так бывает. Бывает, что в Польшу приезжают люди, которые находятся в розыске. Потом польский Интерпол ловит их и отправляет в Кыргызстан. Такие случаи тоже есть, но они единичны.

В общем плане я пока не вижу плохой репутации у кыргызов именно в Польше, Украине и Германии.

- По вашему мнению, какие отношения должны быть между народами Кыргызстана и Украины?

– Есть некоторые моменты, которые могут не понравиться определенному кругу людей, но, тем не менее, мое мнение заключается в том, что нужно дружить – дружить с народом. Я просто хорошо знаю эту страну. Я был практически во всех городах Украины. Я знаю потенциал этой страны, который мы должны использовать.

Наши соседние страны стараются поддерживать дружеские отношения. Почему мы должны от этого отходить? Мы тоже должны поддерживать дружеские отношения и помнить, что друг познается в беде.

Эксклюзив

Больше Эксклюзив

Право знать

Больше Право знать

Экономика

Больше Экономика

Бизнес

Больше Бизнес

Деньги

Больше Деньги

Власть

Больше Власть

Мнение

Больше Мнение

Новости компаний

Больше Новости компаний

Маркетплейсы

Больше Маркетплейсы

Банки

Больше Банки

Недвижимость

Больше Недвижимость

Энергетика

Больше Энергетика

Транспорт

Больше Транспорт

Отлично! Вы успешно зарегистрировались.

С возвращением! Вы успешно вошли в систему.

Вы успешно подписались на Economist.kg.

Успешно! Проверьте свою электронную почту на наличие волшебной ссылки для входа.

Успешно! Ваша платежная информация обновлена.

Ваша платежная информация не обновлена.