Рынок ценных бумаг привычно ассоциируют с умелыми математиками-прогнозистами, банкирами в дорогих костюмах, лоском Уолл-Стрит или хотя бы с пригожими графиками и формулами на экранах модных ноутбуков. Процентные ставки являются маркерами, на основе которых и аналитики, и обычные граждане принимают решения, связанные с финансами.

Однако если из истории про ценные бумаги вымести все атрибуты успешного успеха и киношные штампы, мы получим главный компонент, который движет теми, кто играет в большие и маленькие деньги. Риск. А риск — это не только экономическое понятие, но и социально-биологическое.

Ставки — процентные и не только

В обычной жизни мы часто используем слово «ставка» как сумму в азартной игре, когда человек рискует ради выигрыша. В мире финансов ставка — это цена денег во времени. Например, учетная ставка Нацбанка или ставка по депозитам в коммерческом банке. Не случайно эти два смысла во многом похожи, ведь в обеих ситуациях работают такие понятия, как вероятность, ожидания и принятие решений в условиях неопределенности.

Финансовый рынок построен именно на этом — на ожиданиях. Особенно ярко это проявляется в производных инструментах, сложных ценных бумагах, которые зачастую до боли напоминают именно азартные игры, а не экономические инструменты. Приведем примеры:

Фьючерсный контракт
Это обязательство купить или продать актив в будущем по заранее установленной цене. В классическом виде фьючерсы создавались для хеджирования: фермер фиксировал цену на зерно, авиакомпания — цену на топливо. Но как только в инструмент приходит спекулятивный капитал, фьючерс превращается в позицию на движение цены. Участник рынка не собирается получать нефть или пшеницу — он «играет» на изменении котировки. Это расчет вероятности и сценариев, а не владение товаром.

Опцион
Опцион дает право, но не обязанность совершить сделку по фиксированной цене. Покупатель опциона платит премию за возможность заработать на движении рынка. С точки зрения поведенческой экономики, это чистая работа с вероятностями: ограниченный риск, потенциально неограниченная прибыль. Конструкция напоминает ставку с заранее известной «ценой билета», но в отличие от игры здесь цена формируется рынком и математическими моделями — прежде всего моделью оценки волатильности.

Кредитные деривативы
Инструменты вроде кредитных дефолтных свопов позволяют страховать или, наоборот, спекулировать на риске дефолта. Участник может не владеть облигацией, но делать ставку на ухудшение финансового положения эмитента. Это уже торговля вероятностью события — наступит дефолт или нет. Финансовый риск становится самостоятельным товаром.

Мир развитой рыночной экономики во многом основывается на ожиданиях и эмоциях. Капитализация крупнейших корпораций может просесть на десятки миллиардов долларов из-за неаккуратного высказывания техноолигарха или наоборот — вырасти, если вдруг пользователям сети Интернет придется по душе зубастая игрушка с ушами или особо стильный спортивный костюм одного неудачливого диктатора. Рынок все чаще напоминает казино, поскольку человеческая натура, эмоциональная и непредсказуемая, наполняет финансовый мир вероятностями, сценариями и риском.

Нейробиология инвестиций и азарта

Когда человек принимает рискованное решение, активируется дофаминовая система мозга. Дофамин — это не «гормон счастья», как часто говорят, а нейромедиатор ожидания награды. Он выделяется не в момент получения выигрыша, а в момент предвкушения результата.

Финансовый трейдинг и азартные игры активируют сходные нейронные цепи. Исследования показывают, что при ожидании прибыли в мозге особо активно работают те же зоны, что и при игровом риске. Разница не в механике реакции, а в социальном статусе действия: одно называется инвестированием, другое — азартом. Один человек проигрывает стадо скота в интернет-казино и попадает в правоохранительные органы, получая статус преступника. Другой — состояние на ценных бумагах, оставаясь в глазах общества уважаемым человеком. Хотя с нейробиологической точки зрения оба стали жертвами одинаковых процессов.

Здесь и возникает главный парадокс.

Финансовый рынок — это форма системной работы с риском. Работа с риском в экономике обрамлена законами, регуляторами, аналитикой и математикой. Но в его основе лежит человеческая способность принимать неопределенность и испытывать эмоциональный отклик на возможный результат.

Процентная ставка — это формализованная цена риска. Чем выше неопределенность, тем выше ставка. Чем выше ожидания инфляции или нестабильности, тем дороже становятся деньги. Рациональная оболочка отражает эмоциональную природу риска.

Без страха не было бы защитных активов. Без жадности не возникали бы пузыри.