Почему дорожают продукты, когда поднимется зарплата и что будет с экономикой Кыргызстана – большое интервью с министром экономики

Почему дорожают продукты, когда поднимется зарплата и что будет с экономикой Кыргызстана – большое интервью с министром экономики

Пандемия потихоньку идет на спад и мировая экономика восстанавливается от пережитых потрясений. Кыргызстан также приходит в себя от пережитого экономического шока, однако помимо пандемии на нашу экономику влияет также множество других процессов, происходящих в мире.

В каком состоянии находится экономика Кыргызстана, когда она перестанет быть импортозависимой и что будет с ценами на продукты к концу года — об этом в беседе с Economist.kg рассказал министр экономики и коммерции Данияр Амангельдиев.

— Глобальная экономика восстанавливается после пандемии, Кыргызстан также идет в этом направлении. Однако цены на продукты все еще скачут. Почему?

— Во-первых, нужно отметить, что экономика Кыргызстана небольшая и она — не мировой игрок на продовольственном рынке. Поэтому мы очень сильно импортозависимы и зависим от внешних игроков и от внешних факторов. Продукты питания полностью являются биржевыми товарами, и когда биржа растет, если мы даже внутри страны будем сдерживать цены, они будут «вымываться» теми странами, которые не ведут налоговых маневров.

Например, мы практически на все социально значимые товары обнулили НДС на импорт в целях стабилизации цен. Соответственно, вся продукция, сырье, которые завозятся: то есть пшеница, масло, сахар не облагаются НДС. Кроме того, обнулены НДС и при внутренней реализации.

Соответственно, где-то на 20-25% мы снизили стоимость на товары. Мы должны и контролировать эти цены так, чтобы они не росли теми темпами, которыми сейчас растет мировой продовольственный рынок.

Кроме того, за счет того, что мы на 70% импортозависимы, соответственно инфляция у нас импортируемая, поэтому и продукты дорожают. Но мы предприняли ряд мер. Во-первых, сделана программа по импортозамещению, то есть мы в начале года в антикризисном плане приняли меры по поддержке сельского хозяйства для того, чтобы мы могли обеспечить импортозамещение продукции. На сегодняшний день завезены элитные сорта пшеницы и скоро у нас будет свой урожай.

Мы прогнозируем темп роста в сельском хозяйстве порядка 2% ‒ это неплохой показатель по сравнению с тем, что у нас в прошлом году был отрицательный показатель.

Также мы оказали помощь двум нефтетрейдерам, чтобы сдержать рост цен на ГСМ. Нас очень сильно критиковали, мол почему поддержали именно две самые крупные компании, а не мелкие. Но у нас нет задачи поддержать мелкий бизнес, у нас была задача ‒ насытить рынок.

Чтобы поддержать наш бизнес, мы не вводили государственное регулирование цен, то есть у нас было мягкое регулирование цен, которое обуславливалось тем, что мы мониторили цены на рынках. Я думаю, что население видит подорожание цен и недоумевает, почему государство бездействует. На самом деле, это не так, я думаю, что торговцы на рынках, крупные торговые сети очень хорошо чувствуют госрегулирование, потому что именно на социально значимые товары у нас определенный мониторинг и методы воздействия, и у нас есть неплохая на сегодняшний день договоренность с нашими крупными сетями, чтобы они, по крайней мере, задавали темп ценам на рынке.

Мы все-таки прогнозируем, что такого резкого скачка цен не будет, в связи с тем, что в целом на сегодняшний день в странах ЕАЭС по отдельным видам товаров прогнозируется неплохой урожай.

С учетом того, что у нас инфляция завозная, мы понимаем, что обесценились реальные доходы населения. Было принято решение, несмотря на кризис, консолидировать бюджет и практически во всех отраслях поднять заработную плату. Президентом была поставлена задача – увеличить зарплату так, чтобы она была существенной. Не как раньше делали маневры: где-то педстаж или количество часов сокращали. У нас было чисто увеличение порядка 60%, в некоторых отраслях и до 100% повышение зарплаты, то есть практически все повышения люди ощутили существенно.

— Цены у нас растут и будут расти, а средняя зарплата всего 22 тысячи сомов. На эти деньги даже одному человеку тяжеловато прожить, не говоря уже о семье. Почему у нас такая маленькая зарплата и когда она будет расти?

— Да, на сегодняшний день, средняя зарплата маленькая, потому что у нас темпы роста экономики соответствующие. Поэтому мы предпринимаем планы по наращиванию добавленной стоимости продукции.

Я думаю, за первый квартал прошедшего года у нас экономика показала неплохие темпы роста, реальный темп роста экономики составил 5.7%. Прогноз МВФ был значительно ниже ‒ в диапазоне 0.5%.

Мы прогнозируем темпы роста экономики по итогам года – 3.7%. С учетом обстоятельств, мы не ставили себе заоблачные цели. Конечно, мы планировали, что наш темп роста будет не менее 5-6%, но, тем не менее, нужно быть реалистами и жить сегодняшними реалиями.

Чтобы росли зарплаты, темпы роста экономики должны увеличиваться, для этого сейчас мы очень активно развиваем промышленность и экспорт.

— Не будет двигаться экономика – не будут расти зарплаты. Какие еще меры нацелены на стимулирование роста экономики?

Для этого мы сейчас создаем ГП «Кыргызиндустрия», то есть мы начнем развитие по отраслям и промышленный сектор должен дать скачок.

Но те меры, которые приняты и принимаются, не дают сразу сиюминутного эффекта. До конца года те мероприятия, которые были приняты, должны дать свой результат, по крайней мере, обеспечить устойчивость экономики. На сегодняшний день приняты меры по промышленному сектору, сфере услуг, в частности по туризму.

Мы создали Фонд развития туризма, потому что для развития необходима отдельная организация, которая создаст инфраструктуру для привлечения туристов. Мы должны идти по отдельным направлениям. В отдельном районе мы должны создать сначала условия для того, чтобы туда бизнес пришел и начинал развивать инфраструктуру ‒ дороги, зоны отдыха, туалеты и многое другое.

Сейчас у нас в рамках Фонда туризма порядка 30 направлений развития. Основная цель, чтобы турист уже по приезду был обеспечен комфортом, удобством и был проинформирован, начиная от самого аэропорта.

Креативная экономика сейчас также является одним из приоритетных направлений. Также новый Налоговый кодекс был разработан с целью облегчить жизнь бизнесу. Все почему-то только возмущаются и связывают Налоговый кодекс с введением ККМ, хотя ККМ вообще не имеет отношения к новому кодексу.

Но в части ККМ у нас тоже улучшения для бизнеса есть — за счет того, что мы улучшили администрирование, у нас появились определенные заделы в республиканском бюджете, сейчас мы можем позволить самостоятельно закупить эти ККМ-аппараты, предоставить их бесплатно.

Также сейчас на стадии подписания соглашение по сборке сельхозтехники. Мы очень импортозависимы от завоза сельхозтехники, в связи с этим испытываем много проблем. Основная задача сейчас ‒ создать базу, где будет выпускаться собственное оборудование сельхоз переработки.

Многие относятся к созданию Фонда туризма, «Кыргыз индустрия», «Наследие великих кочевников» так, что мол государство пытается зарегулировать экономику во всех отраслях, но это не так. Мы должны дать старт бизнесу и готовы развиваться вместе с бизнесом.

Когда будет расти экономика, когда будет расти государство, будут расти и реальные доходы населения.

— Про развитие экспорта говорится уже многие годы, но мы по-прежнему импортозависимая страна, где по итогам прошлого года экспорт составил $506.8 млн, а импорт — $2.5 млрд. Почему столько времени не решается этот вопрос?

— Проблема в том, что мы перестали заниматься развитием экспорта, мы перестали искать новые рынки сбыта, мы перестали продавать свою продукцию, то есть нам стало дешевле завезти и перепродать ‒ под боком наш великий сосед с гигантской своей экономикой, и когда экономику считаешь по любой продукции, она намного дешевле получается, чем производить.

Но сейчас у нас идет программа импортозамещения, промышленной кооперации, налаживание старых контактов. Например, сельхозтехника. Сейчас у нас будет программа по сборке электромобилей, проговариваем вопрос по сборке автомобилей ‒ это промышленное производство уже.

Кроме того, сейчас налаживаем мелкое производство фурнитуры. У нас очень развита легкая промышленность. По поддержке легкой промышленности у нас отдельная программа. На сегодняшний день ту фурнитуру, которая завозится, мы уже пытаемся произвести здесь. Сейчас закупаем оборудование в рамках «Кыргыз индустрии». Мы хотим создать несколько экспортных продуктов, хотя бы начать с пуговиц и молний. Начнем, пусть даже с мелкого, потому что сейчас мы даже спички не производим.

Поэтому сейчас реализовывается большая программа по развитию экспорта. В рамках нее, при поддержке президента и председателя кабмина, мы закладываем на следующий год средства для того, чтобы стимулировать экспорт наших товаропроизводителей.

В чем будет заключаться стимул? Участие в  масштабных выставках с нашей продукцией и поиск потенциальных рынков сбыта. Я думаю, что именно выставочно-ярморочные мероприятия значительно помогают нарастить экспорт. Мы сейчас на первом этапе определяем от 5 до 10 экспортных товаров, которые будем активно продвигать ‒ это сельское хозяйство, это легкая промышленность, возможно, это будет машиностроение и туризм.

Мы будем создавать стенды и оплачивать 50% участия предпринимателям. Возможно, будем брать на себя транспортные расходы по доставке этой экспозиции и продукции, это будет сейчас обсуждаться еще, но без этого невозможно вывезти и показать наши предприятия. На эти цели планируем выделить около 100 млн сомов.

— Тема ККМ сейчас очень волнует предпринимателей. Уже не раз из-за этого выходили на митинг. Неужели нет альтернатив?

— Есть мировой принцип налогообложения: то есть, импортная пошлина и товар. Товар проживает несколько циклов ‒ от крупного опта, к среднему опту, к мелкому и к рознице, то есть на всех этапах он должен облагаться налогом, сам принцип налогообложения такой.

Кроме того, прослеживаемость товаров. Подакцизная группа товаров ‒ самая прогнозируемая и самая отслеживаемая ‒ у нас находится в тени. Взять, например, алкогольную продукцию. Значительно сократились налоговые поступления, притом, что физический объем не уменьшился. Это большое противостояние именно гигантов.

На сегодняшний день мы сделали большое послабление именно малому и среднему бизнесу. Президент заявил о том, что предпринимателей с оборотом до 8 млн сомов он полностью освобождает от уплаты любых налогов, с единственной просьбой ‒ только поддержать и помочь государству выявить крупных поставщиков.

Это тоже было воспринято неправильно. Еще никто не пробовал работать с этим, но уже значительное лобби именно крупных поставщиков.

Порядка 60% пришедших на митинг понимают, что их это не касается, то есть для них это ‒ послабление. Мы ставим аппарат им бесплатно, все что от них требуется — это просто нажать кнопочку и распечатать чек. При этом мы говорим, что не нужно тебе уже платить 4000 сомов за патент. Это же послабление?

У нас есть задача ‒ вывести из тени очень крупных поставщиков. У нас в стране огромная пропасть между богатыми и бедными и вот эту социальную несправедливость, мы будем устранять за счет справедливого налогообложения.

Нам нужно формировать средний класс.

У нас есть много успешных бизнесменов, и это хорошо. Но они сидят на патенте, хотя у них огромные обороты и считают, что ничего платить не обязаны. Безусловно, их бизнес — это их личная заслуга, и мы благодарны за то, что сформировался класс предпринимателей, которые сами находят и рынки сбыта, поставки и так далее. Но, тем не менее, незыблемая часть государства ‒ это уплата налогов.

— События в Украине, санкции против России ‒ насколько сильно эти события сказываются на нашей экономике?

Они очень сильно сказываются на нас. Мы пережили с вами большую волатильность обменного курса, сейчас переживаем волатильность рубля. 70% импорта у нас из России ‒ это наш основной стратегический торгово-экономический партнер. Сегодня импорт значительно дешевле, зато дорожает экспорт. То есть укрепление рубля положительно сказывается на наших швейниках, растут их реальных доходы. Но подорожание импортной продукции сказывается на населении, за счет того, что продукты дорожают. То есть это все последствия тех санкций, которые на сегодняшний день применяются в отношении РФ.

Кроме того, мы испытываем перебои с продовольствием. Это очень сильно влияет на нашу экономику, это значительно повышает инфляцию, это ведет к тому, что у нас обесцениваются наши реальные доходы населения.

Инфляция на сегодня двухзначная. Мы планировали держать ее в диапазоне не более 6-7%, может быть, 8%, но на сегодняшний день инфляция прогнозируется до конца года на уровне 15%.

— Будет еще хуже?

За счет этих санкций, например, мы же в едином таможенном пространстве, у нас значительно падают доходы таможенных сборов в виду того, что есть ограничения по импорту, соответственно, нет импортных пошлин. Эти санкции довольно значительны. И при встрече с нашими коллегами с международных финансовых институтов мы всегда говорим о том, что эти санкции значительны, и последствия от этих санкций не учтены мировыми державами.

Мы очень сожалеем, что этот конфликт между двумя братскими народами есть, но санкции — это также и хорошая возможность для наших товаропроизводителей занять свою нишу на рынке. Российские партнеры наоборот сейчас очень открыты к совместным проектам. Свято место пусто не бывает, поэтому нашим предпринимателям нужно подсуетиться и занять свободную нишу.

Также по теме:

Давайте начнем с чистого листа — министр экономики о легализации имущества

Индустрия казино будет пополнять бюджет как минимум на 5 млрд сомов и создаст 12 тысяч рабочих мест — Амангельдиев

Поделиться в соцсетях:

НБ КР
USD 80.98
EUR 82.36
RUB 1.33
Моссовет
USD 83.00
EUR 85.04
RUB 1.37

Конвертер валют