> ## Content Index > Fetch the complete content index at: https://economist.kg/llms.txt > Use this file to discover other available public pages before exploring further. # «Зеленый» переход начинается не с глобальных заявлений, а цифр в квитанции: системные ошибки стран Центральной Азии - URL: https://economist.kg/ekonomika/2025/04/29/zielienyi-pieriekhod-nachinaietsia-nie-s-ghlobalnykh-zaiavlienii-a-tsifr-v-kvitantsii-sistiemnyie-oshibki-stran-tsientralnoi-azii/ - Published: 2025-04-29T12:23:12.000Z - Updated: 2025-04-29T12:23:11.000Z - Author: Economist.KG - Tags: Экономика, Мнение **Большинство представителей малого и среднего бизнеса в Центральной Азии признают важность экологических подходов, но справедливо подмечают, что «зеленые» технологии дороги, долго окупаются и требуют времени на освоение. В то время как клиенты, банки и в большинстве случаев государство не предъявляют строгих экологических требований. В таких условиях «старый» способ производства пока выгоднее, особенно там, где каждый процент рентабельности критичен.** Эксперт по устойчивому развитию бизнеса и зеленым технологиям **Ильяс Жумабаев** обозначил системные ошибки на пути к устойчивому росту зеленой экономики в Центральной Азии. ### Почему бизнес не спешит? «Зеленые» технологии и решения (энергоэффективное оборудование, возобновляемые источники энергии, экологически чистые процессы) часто требуют значительных первоначальных инвестиций, что является препятствием для многих предприятий, особенно малых и средних. Проблему усугубляет отсутствие доступа к финансированию и высокие процентные ставки. Даже если «зеленые» технологии экономичны в долгосрочной перспективе, срок окупаемости энергоэффективных решений составляет 5-10 лет (по данным ЕБРР, 2023). Это не всегда подходит бизнесу, ориентированному на быструю прибыль. Инвесторы часто предпочитают проекты с более быстрой отдачей, даже если они менее экологичны. Отсутствует как таковая система господдержки и финансовых инструментов для стимулирования «зеленых» инвестиций. Налоговые льготы, субсидии, гранты и другие формы поддержки, которые могли бы компенсировать затраты и ускорить окупаемость, пока **не имеют национального масштаба** и покрывают лишь ограниченные потребности. > Кроме того, существующая система тарифов на традиционные источники энергии (уголь и газ) часто не отражает их реальную стоимость с учетом экологических издержек. Низкие **тарифы на «коричневую» энергию снижают привлекательность «зеленых» альтернатив,** делая их менее конкурентоспособными. ### Регуляторные проблемы Эффективность экологической политики зависит от строгого контроля за соблюдением норм и стандартов. Однако в странах Центральной Азии правоприменение в этой сфере слабое. Предприятия могут игнорировать экологические требования без серьезных последствий, что снижает стимулы для внедрения «зеленых» технологий. Коррупционные риски также создают неравные условия для ведения бизнеса. В экологической сфере коррупция может проявляться в выдаче разрешений на природопользование в обход экологических требований, в занижении штрафов за экологические нарушения и в других формах злоупотреблений. Компании, готовые платить взятки, получают конкурентное преимущество перед теми, кто стремится работать экологично. ### Как сделать экологию выгодной? **Цена – это универсальный язык экономики**. Однако при ошибках в госполитике цены могут не отражать полной стоимости жизненного цикла производства товаров и услуг, особенно если в расчет не включены экологические издержки. В таком случае – потребитель не видит экономического стимула инвестировать в снижение расходов или более устойчивые решения, поскольку низкая цена маскирует реальную нагрузку на окружающую среду. > Яркий тому пример — централизованная система отопления в городах Центральной Азии (Бишкек, Ташкент, Душанбе, Алматы). По состоянию на 2020 год централизованное отопление оставалось нереформированной системой, унаследованной от советского периода. Тепло подавалось по графику в зависимости от температуры, без учета потребления конкретного здания. Плата рассчитывалась по нормативу, независимо от потребности помещения в тепле и использования ресурсов. Отопление воспринималось как неконтролируемая услуга, что лишало смысла инвестиции в утепление, энергоаудит или модернизацию систем. Для бизнеса это означало невыгодность утепления: даже при снижении теплопотерь плата оставалась прежней. Отсутствие счетчиков и обратной связи не позволяло рассчитать экономическую эффективность решений. Ситуация начинает меняться с внедрением инфраструктуры учета. Установка общедомовых счетчиков, особенно в офисных и коммерческих зданиях, делает затраты измеримыми, а экономию — видимой. Появляется возможность рассчитать экономическую эффективность инвестиций в энергоэффективность. > Именно здесь начинается настоящий «зеленый» переход — не с глобальных заявлений, а **с конкретной строки в платежке**. Для частных домов вопрос энергоэффективности уже имеет прямую выгоду, поскольку владельцы оплачивают отопление по фактическому потреблению (газ, уголь, электричество). Это мотивирует экономить, но возлагает ответственность за теплопотери на хозяев. > Даже базовое утепление стен, крыши и замена окон позволяют сократить расходы на 30-40% с окупаемостью в пределах одной-двух зим. Дополнительную экономию дают современные котлы, термостаты и меры по снижению утечек тепла. Однако без массовых программ поддержки, доступных кредитов и профессиональных решений «под ключ» многие семьи остаются один на один с дорогими технологиями, не зная, с чего начать и как избежать некачественного монтажа. Поддержка частного сектора – важная задача политики устойчивого развития в регионе. В странах Центральной Азии возможности для частных потребителей генерировать энергию различаются. В Казахстане и Узбекистане действуют механизмы поддержки, включая фиксированные тарифы на закупку «зеленой» энергии, что делает установку солнечных панелей привлекательной. Такие правила позволяют производителям не только обеспечивать себя, но и получать доход от микрогенерации. В Таджикистане и Туркменистане подобные системы пока не внедрены, что сдерживает развитие малой распределенной энергетики. > **Кыргызстан демонстрирует сдвиг**: в Бишкеке появились первые объекты, подключенные к системе микрогенерации. Владельцы домов и бизнесов могут снизить расходы и зарабатывать, продавая излишки обратно в сеть по привлекательному тарифу, что делает инвестиции более доступными и оправданными. Помимо солнечных панелей, потенциал микрогенерации может опираться на малые гидроэлектростанции. В горных районах Кыргызстана, Таджикистана и Казахстана малые ГЭС могут быть единственным стабильным источником энергии для фермерских хозяйств, агробизнеса и отдаленных поселков. Такие установки способны не только покрывать собственные потребности, но и производить избыток электроэнергии. В отдельных случаях владельцы малых ГЭС подключаются к сети и продают излишки государству, используя ту же систему микрогенерации, что и владельцы солнечных панелей. ### Финансовые и налоговые стимулы Предоставление льготных кредитов и грантов для «зеленых» проектов должно стать приоритетом господдержки. Это может включать снижение процентных ставок, увеличение сроков кредитования, упрощение процедур и предоставление гарантий. Важно развивать специализированные финансовые институты, ориентированные на поддержку «зеленых» проектов, например, «зеленые» банки или фонды, предоставляющие финансирование на льготных условиях. Важно применение принципов ESG (environmental, social, governance – окружающая среда, общество, управление) в странах Центральной Азии. Национальный банк КР утвердил Дорожную карту по развитию устойчивого финансирования и внедрению принципов ESG в банковском секторе Кыргызстана на 2024-2026 годы. Более 15 банков страны уже внедряют принципы устойчивого развития. > Государственные закупки также важны для формирования спроса на «зеленую» продукцию и услуги. Приоритет «зеленым» компаниям и технологиям при госзакупках создаст стимулы для перехода на экологически чистые технологии и развития инноваций. Необходимо разработать четкие критерии «зеленых» закупок и обеспечить их прозрачность. Предоставление налоговых льгот предприятиям, внедряющим «зеленые» технологии и производящим экологически чистую продукцию, может стимулировать «зеленые» инвестиции. Это может включать снижение налога на прибыль, налога на имущество и других налогов. Важно, чтобы налоговые льготы были четко определены и легко администрировались. > Например, предприятия, использующие возобновляемые источники энергии, могут быть освобождены от уплаты налога на имущество в отношении соответствующего оборудования. Предоставление субсидий для «зеленых» проектов, особенно на начальном этапе, может помочь компенсировать затраты и ускорить окупаемость инвестиций. Например, субсидии могут предоставляться предприятиям, внедряющим энергоэффективные технологии, что позволит им снизить затраты на электроэнергию и повысить свою конкурентоспособность. ### Расширенная ответственность производителя (РОП) Введение налога на выбросы углекислого газа для стимулирования снижения выбросов может стать эффективным инструментом борьбы с изменением климата и перехода к низкоуглеродной экономике. Углеродный налог заставит предприятия учитывать экологические издержки и искать способы их снижения, например, путем внедрения энергоэффективных технологий и использования возобновляемых источников энергии. > Важно, чтобы углеродный налог был установлен на достаточном уровне, чтобы стимулировать реальные изменения. Введение обязательной экологической отчетности для компаний повысит прозрачность и позволит обществу контролировать воздействие на окружающую среду. Экологическая отчетность должна включать информацию о выбросах, использовании ресурсов, образовании отходов и других экологических аспектах деятельности. Важно, чтобы экологическая отчетность была стандартизирована и легко доступна. Внедрение системы РОП, перекладывающей ответственность за утилизацию отходов на производителей, может стимулировать их к разработке более экологически чистых продуктов и упаковки, а также к созданию систем сбора и переработки отходов. Важно, чтобы система РОП была разработана с учетом специфики отраслей и обеспечивала эффективную утилизацию отходов. ### Зеленые технологии и новые формы неравенства Парадокс зеленой трансформации в том, что те, кто меньше всего может позволить себе устойчивые технологии, зачастую платят за ресурсы больше остальных. Домохозяйства и малый бизнес, не имеющие средств на утепление, установку солнечных панелей или модернизацию систем, продолжают платить по нормативу или за неэффективное потребление, переплачивая за утечки и потери. В то же время более обеспеченные слои населения и крупный бизнес инвестируют в энергоэффективность, снижают расходы, получают льготы и даже зарабатывают, продавая излишки в сеть. Так возникает энергетическое неравенство, при котором «зеленая» экономика рискует обслуживать тех, кто и так имеет доступ к возможностям, в то время как остальные остаются в уязвимом положении, ощущая, что им навязывают недоступные стандарты «устойчивого потребления». > Это особенно чувствительно в странах с высоким уровнем социального неравенства и ограниченными бюджетами, как в Центральной Азии. Здесь зеленый переход не может быть просто технической модернизацией – это вопрос социальной архитектуры будущего. Поэтому на международном уровне разработан принцип Just Transition – справедливого перехода, согласно которому экологическая трансформация должна происходить одновременно с созданием механизмов защиты, вовлечения и поддержки уязвимых групп населения. Это не только субсидии или гранты, а целостная система: доступное финансирование, обучающие программы, сопровождение проектов на уровне малых сообществ, адаптация законодательства и тарифной политики. Для стран Центральной Азии это означает необходимость системного подхода: переход к зеленой экономике не может быть только для тех, кто «уже готов». Он должен учитывать социальные риски, региональные различия и уровень доступа к ресурсам. > В противном случае зеленая повестка будет восприниматься как чуждая, элитная и несправедливая – и вместо поддержки получит сопротивление. ### Выводы Переход к «зеленой» экономике – сложный, но необходимый процесс для стран Центральной Азии. Для его успешной реализации необходимо создать экономические и регуляторные условия, делающие «зеленые» инвестиции логичным выбором. Рынок диктует поведение частного сектора – и при создании условий частный сектор проголосует «деньгами». К сожалению, только ради экологии действовать и меняться никто не будет. Только комплексный подход, сочетающий финансовые стимулы, регуляторные меры и инфраструктурную поддержку, позволит странам Центральной Азии успешно перейти к «зеленой» экономике и обеспечить устойчивое развитие региона. > Важно помнить, что «зеленая» экономика – это не только забота об окружающей среде, а эффективное использование ресурсов, что ведет к повышению конкурентоспособности и улучшению качества жизни. Зеленая трансформация — это не только инструмент эффективности частного сектора, она позволяет добиться государственной устойчивости и геоэкономической конкурентоспособности. Для лидеров стран Центральной Азии «зеленый» переход может стать источником новых инвестиций, особенно со стороны Европейского союза, стран Ближнего Востока, Китая и международных банков. Он открывает новые экспортные рынки — для текстиля, сельхозпродукции, минеральных ресурсов, если они произведены с низким углеродным следом. И позволяет снизить расходы на импорт энергоресурсов, сделать тарифы более стабильными и прогнозируемыми — что критично для политического спокойствия. Кроме того, страны, первыми внедрившие «зеленые» стандарты, получат имидж устойчивых и современных экономик, что укрепляет их позиции как региональных лидеров. > Иными словами, зеленый переход может быть политическим капиталом, а не только бюджетной нагрузкой — если им управлять как стратегическим процессом.